warriors. wild at heart

Объявление

новости
    02.04.2021 добро пожаловать, дорогие и горячо любимые котики! хорошие новости: мы открылись. плохие новости: не имеются.
 
 
 
 
 
 
 
 

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » warriors. wild at heart » Эпизоды » звёзды сыпятся из глаз


звёзды сыпятся из глаз

Сообщений 1 страница 3 из 3

1


https://forumupload.ru/uploads/001a/ae/99/24/574635.png
billie eilish — goldwing


лебединый & пепелица
●       ●       ●       ●       ●
ночь звенела, роняя осколки души в замёрзшие лужицы страха,
ночь бледнела, ветви чёрные прятали день, защищая от ветра.   
  ночь разбилась, швырнув в облака поутру горстку серого праха,
              разделилась: мгновенье для снега, вечность — для пепла.

[ середина луны, полночь ; лагерь  > железная дорога ]

+2

2

Рассеянный свет путается в копне сливочной шерсти, серебрится, пугает трусливую тень своим ненавязчивым присутствием — та вытягивается, дыбится, воинственно замирает чернеющим покрывалом близ окутанных сладостной дрёмой. Беззащитность других в объятиях племенного покоя оборачивается чувственной, трепетной, очаровывает подмёрзшее сердце теплом эфемерного доверия. Ученик предводительницы-грязнокровки вскидывает белёсую голову, стрелой синеватой кидаясь к надкусанному таинственным созданием диску, прочёсывает бледный лик внимательно, кропотливо.

« Нужно спешить, » — выдыхает куда-то в копну усов, неторопливо покидая нагретое место.

В черноте глухой ночи померещится отсвет глаз строгих, внимательных, утаивающих за неприступной янтарной кромкой тяжелую, древнюю дрожь земли, огни беспощадных костров. Внутри всколыхнется, утихнет предательским жаром вдоль паутины вен, прорвется наружу тревожным смешком, — « поумерь, белокрылый, свою раздутую гордость, не играй, обожжешься, расстроишься, разозлишься ». Только скромность ему не к лицу, она мягким, ропотным, трусливым и жалостливым, оцарапанным, черно-белым; им, несчастным, тысячу лун в заточении у собственных страхов, ему — жизнь до следующей половины, кровь горячая, ветер свобод. Оттого только шаг вперед, и её, самую угловатую, сложную, горькую, за собой.

Пепелица, прошу, поднимайся, — осторожно лапой на дымчатое плечо, шепчет спешно и воспалённо, — Там, в лесу, — сбивается, взором перепуганным мимолётом бросаясь к выходу, — Пожалуйста, пойдём со мной, мне так страшно, — сталкивается с золотом сонным, непонимающим, — Происходит что-то ужасное!

Она не глупая, нет, напротив — умна до дрожи в светлых локтях, до пульсации вен близ височной доли, выведена, выверена, идеальна в своей металлической стати. Если и поведётся на этот спектакль котёнка, то исключительно из-за дрёмы, спутанных мыслей, водой окатившего чувства долга. Лебединому хватит и этого. Интригу удерживает в когтях светлых, резко прочь, бледным вихрем пускаясь мимо ровесников; не высматривает, не ищет, лишь хвостом аккуратно манит выкованную из стали, у предков вымаливая чужое расположение. Почти верит, что та последует. Пускай не ради него, — пока что, — но ради сохранности всея грозы.

Секунда, третья, седьмая.
Мелькнёт где-то около тёмное серебро.

Иди по тени, — горячим шелестом к самому уху, игнорируя чужое недоумение за неимением качественной отговорки.

Волнительно. Удержать бы её тут, рядом, под боком сливочным, приковать ветвями гибкими юных берёз лапу к лапе, чтобы не убежала, не сорвалась, не бросила его в выламывающем сердце одиночестве, очерняя имя птичье каким-нибудь чёрным прозвищем. Лебединый дёргает ухом, аккуратно прокрадывается ближе в выходу да размышляет над тем, как было бы чудно воплотить свою секундную фантазию в жизнь — ради неё самой исключительно. Но искусство подобных оков ему неведомо, и оруженосец обратится к искусству слова, понимая, что это единственный выход: 

Нельзя, чтобы дозорные нас заметили, — бьёт наверняка, — Они в сговоре.

Тихий выдох под нос — «и плевать, будь что будет».

Пусть раскроет все его замыслы, когда лапы тонкие ступят за пределы жилища родного и безопасного.
Пусть уловит спутанность речей-показаний, зашипит разъяренной змейкой, взбеленится.
Путь окунёт с головой в зловонную лужу лесную, обнаружив нелепый обман.

Сделает всё, что захочет — впервые в жизни, возможно, преступив черты дозволенного и правильного.

Отредактировано Лебединый (2021-08-14 19:49:32)

+3

3

Широкие длани царства сновидений никогда по-настоящему не окутывали многострадальное утилитарное сознание Пепелицы, которая, подобно чудищам, в нутре которых разъезжают двуногие, в определённый момент просто перестаёт функционировать как живой организм — выключается, погружается во всепоглощающую темноту и даёт себе утонуть в ней, давая масляной угольной черноте проникнуть в самое нутро сознания. Она заливает её глаза, набивается белым шумом в уши, нейроны связываются в цепочки всё медленнее и медленнее, оставаясь на грани ослабевания — Пепелица мысленным взором плавает где-то между ними, находясь в полной прострации, её веки чуть подрагивают, выдавая то, что обугленный оруженосец не впал в вечную летаргию.

Вместо сладких, окутанных умиротворением и счастьем, или, напротив, запахом крови, пеплом и первобытным чувством ужаса, сновидений, Пепелица не видит и не чувствует ничего — она помнит лишь разномастные бока товарищей глухой тихой ночью да мирное сопение, когда чувствует на своём плече осторожное касание, а следом — горячий, сбивчивый шёпот.

Металлический блеск — золото глаз и серебро шерсти — служит молчаливым ответом на воспалённую речь Лебединого, тучею взвившегося, бросившегося к выходу бледным грозовым облаком — пойдём со мной, мне так страшно. Признаться, обугленной понадобилось гораздо больше времени на то, чтобы понять, о чём говорит коронованный самопровозглашённый принц — тёмным курчавым чадом она выдвигается следом за его бледной тенью, сверкает неизменно внимательным золотистым взглядом, в котором чистый благородный металл был подёрнут каёмкой янтаря, отсвечивающим дрёмой, полированные грани которого отражали во взоре спутанный поток мыслей, ярко выдавали просветом непонимание и даже испуг.

Она останавливается, выжидает мгновение, ища взглядом покрытый льдом, окутанный самыми морозными северными ветрами, бледно-голубой флуоресцент глаз Лебединого. Из гортани уже готовится вырваться гулкий шёпот, вопрос, на который до дрожи в тонких лапах хочется вызнать ответ — контраст от резкой ночной прохлады и чужого горячего дыхания возле серого уха заставляет недоумение возрасти во сто крат, она хмурит взгляд, но ощущает эфемерное доверие — послушно выдвигается следом, чувство долга, стремление защитить, поступить правильно подогревают желание двигаться быстрее, но она тут же останавливается, а ночной стрёкот, доносящийся особенно отчётливо за границей лагеря, словно резко обрёл силу и начал оглушать. 

— Что происходит? — шипит тихо, но предельно опасно: Пепелица не может сдержать раздражение от непонимания, луна превращает их с Лебединым шерсть в жидкий металл, Лебединый бросает в темноту что-то про сговор и Пепелица инстинктивно пригибается ниже к земле — неизменно статно, под короткой шерстью прослеживается рельефная спина и острые лопатки — она с трудом удерживается от того, чтобы не утянуть за собой Лебединого, чётко ощущая потребность прикрыть его собственной грудью: пойдём со мной, мне так страшно,Лебединый?

Отредактировано Пепелица (2021-08-20 19:09:51)

+2


Вы здесь » warriors. wild at heart » Эпизоды » звёзды сыпятся из глаз


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно